Блин, где я только не бывал этим летом – в Шотландии, в Китае, сейчас вот сижу в Южной Африке – а написать обо всем этом то нет времени, то нет сил. Вот сейчас только собрался писать – отключили электричество. Писать сразу расхотелось. Буду ждать, пока включат, тогда отправлю. Впрочем, это не так страшно, потому что по вечерам есть горячая вода, когда соседней больнице не нужно.

Я, конечно, читал по Би-Би-Си про местную преступность, но когда приехал, понял, что на самом деле дела обстоят не так плохо, а намного хуже. Точно, как у Уэллса в "Машине времени" – вся страна живет за семью замками, решетками на окнах, электрическими заборами и колючей проволокой, потому что ночью на охоту появляются морлоки, которых все дневные люди панически боятся. В стране очень много очень бедных людей, объяснили мне пригласившие меня люди. Особенно в Йоханнесбурге. И поэтому в этом самом Джобурге ночью ходить никуда нельзя, а есть районы, куда нельзя ходить и днем. Кстати, американские читатели, сейчас представляющие себе "очень бедных" людей по американским меркам, представьте людей, очень бедных по сравнению с американскими очень бедными. (То есть, не то, чтобы у них стоял выбор, платить ли в этом месяце за воду, электричество, квартиру, газ или машину. Нет, этот выбор не стоит, потому что нет ни воды, ни электричества, ни квартиры, ни газа, ни машины, и мало того, денег тоже нет.)

В Хиллбрау (соседний район) и в центр лучше вообще не ходить, сказали мне. Из кампуса ночью лучше не выходить. Да и днем тоже. Все надо запирать на ключ: выходишь на 5 минут из офиса – запри дверь. На два замка. А то мало ли что. Да, уборщицы там еще бывают, так ты компьютер свой положи в ящик стола. И рюкзак. А ящик запри. На всякий случай. А то мало ли что. Оставишь офис открытым – могут компьютер унести. Или стул.

И вот тут я чувствую, что сильно рискую. Потому что компьютер можно спрятать в ящик стола, но стул же в стол не спрячешь! Ох, мои ушки, ох, мои усики.

Наверное, поэтому не только заходить на кампус нужно по карточке, но и выходить тоже. А то мало ли что, вдруг кто-нибудь уйдет со стулом.

А так небезопасно было всегда, спрашиваю. Ну, говорят, нет, но это если только 80-е вспомнить. Понимаю, значит, эпоху апартеида.

А кстати, про эпоху апартеида. Читал рассказ какого-то русского про то, как он жил в ЮАР в эпоху апартеида и после. При апартеиде, говорит он, все были равны, черные работали так же, как белые, на тех же работах, и вообще имели все те же права. Ну, единственное, что они были обязаны делать, так это к 7 часам вечера (т.е. когда темнеет) быть уже у себя в тауншипах (ну, в резервациях таких, типа). Так это же, мол, мелочи жизни, дело житейское. Ну, и все там было отдельно для белых, отдельно для черных, но это вроде как тоже неважно.

Короче, заключает рассказчик, жизнь изменилась к худшему.

Впрочем, с преступностью дела идут хуже некуда, куда бы жизнь в целом не менялась. Но это такой фон, данность такая, а как с этим борятся, я так и не услышал. Видел только знаки: "Зона высокой преступности. Держите мобильник наготове." Ну, то есть к тебе подходят с ножом, а ты тут же звонишь и вызываешь полицию. Это, наверно, очень эффективно действует.

А тем временем студенты в университете развернули огромый плакат. Мол, скоро состоится дискуссия на животрепещущую тему нашего времени. Угадайте, на какую.

Правильно – "Возможен ли мир в Палестине"!

Ну-ну. Как говорится, спешите видеть.

P.S. Черт, опять отключили электричество. Сижу, жду.

Tags: путевые заметки